Учебник Spotlight 10. Student Book. Страница 146
Страница 146 — Ответы к учебнику Spotlight 10. Student Book
8D. Literature
1. Look at the picture and the title of the extract. What might the book be about? Is it fiction or non-fiction? Read the biography and check. — Взгляните на картинку и на заголовок отрывка литературного произведения. О чем может быть эта книга? Это художественная или нехудожественная литература? Прочитайте биографию и проверьте.
H.G.Wells (1866 -1946) was an English novelist, journalist, sociologist and historian, who is best known for his science-fiction novels such as The Island of Doctor Moreau (1896), The Invisible Man (1897) and The War of the Worlds (1898).
The Time Machine (1895) which was his first novel, was so popular that it has been made into two successful films. The novel is about a young scientist, Alexander Hartdegen, who invents a time machine and devotes his life to travelling through time. Wells’ attention to detail makes his work seem believable even today.
Герберт Джордж Уэллс (1866-1946 гг.) — английский писатель, журналист, социолог и историк, наиболее известный своими научно-фантастическими романами «Остров доктора Моро» (1896 г.), «Человек-невидимка» (1897 г.) и «Война миров» (1898 г.).
Первый роман писателя «Машина времени» (1895) был настолько популярен, что по нему были сняты два успешных фильма. В романе рассказывается о молодом ученом Александре Хартдегене, который изобретает машину времени и посвящает свою жизнь путешествиям во времени. Благодаря вниманию Уэллса к деталям его произведения кажутся правдоподобными даже сегодня.
Возможный ответ:
The book is about a machine that lets people travel through time. It is fictional. — Книга рассказывает о машине, позволяющей людям путешествовать во времени. Это художественная книга (т.е. вымысел).
2А. Read the first sentence of each paragraph. What do you think the extract is about? Who is speaking? — Прочитайте первое предложение каждого параграфа. Как вы думаете, о чем этот отрывок? Кто является рассказчиком?
Возможный ответ:
Narrator presents the Time Machine to someone and describs how it works, and what it’s like to travel with this time machine. The inventor is the person speaking. — Рассказчик представляет кому-то машину времени и описывает, как она работает и каково это — путешествовать с помощью этой машины времени. В роли рассказчика выступает изобретатель.
2В. Read the first paragraph. What problems did the narrator have with the Time Machine? How did he fix them? — Прочитайте первый параграф. Какие проблемы есть у рассказчика с машиной времени? Как он их решил?
Возможный ответ:
One of the ivory bars was cracked and a brass rail was bent. He didn’t fix these. One of the nickel bars was too short and he had it remade. — Один из костяных стержней был надломлен, а бронзовая полоса погнута. Он не стал их чинить. Один из никелевых стержней был слишком коротким, и он переделал его.
3. Read the extract and fill in the gaps A-F with the phrases 1 -7 below. There is one extra phrase. Listen, read and check. — Прочитайте отрывок и вставьте в пробелы А-F фразы 1-7. Есть одна лишняя фраза.
- but I was already going too fast to be conscious of any moving things — E) — но я уже двигался слишком быстро, чтобы осознавать какие-либо движущиеся предметы
- and I saw the sun hopping swiftly across the sky — D) — и я увидел, как солнце стремительно скачет по небу
- followed by the bright, brief green of spring — Лишняя фраза
- and went off with a thud — B) — и с грохотом рванул с места
- so that it was not complete until this morning — A) — так что работа была закончена только сегодня утром
- a splendid luminous colour like that of early twilight — F) — великолепный светящийся цвет ранних сумерек
- but to me she seemed to shoot across the room like a rocket — C) — но мне показалось, что она пронеслась через комнату с быстротой ракеты
The Time Machine
«I told some of you last Thursday about the principles of the Time Machine, and showed you the actual thing itself, incomplete in the workshop. There it is now, a little travel-worn, truly; and one of the ivory bars is cracked, and a brass rail bent, but the rest of it is sound enough. I expected to finish it on Friday, but on Friday, when the putting together was nearly done, I found that one of the nickel bars was exactly one inch too short, and this I had to get remade, A) 5) so that it was not complete until this morning. It was at ten o’clock today that the first Time Machine ever began its career. I gave it a last tap, tried all the screws again, put one more drop of oil on the quartz rod, and sat myself in the saddle. I took the starting lever in one hand and the stopping one in the other, pressed the first, and almost immediately the second. I felt unsteady, then a nightmare sensation of falling but, looking round, I saw the laboratory exactly as before. Had anything happened? For a moment I suspected that my intellect had tricked me. Then I noted the clock. A moment before, as it seemed, it had been a minute or so past ten; now it was nearly half past three!
I drew a breath, set my teeth, gripped the starting lever with both hands, В) 4) and went off with a thud. The laboratory went hazy and then dark. Mrs Watchett came in and walked, apparently without seeing me, towards the garden door. I suppose it took her a minute or so to cross the place, С) 7) but to me she seemed to shoot across the room like a rocket. I pushed the lever to full power. The night came like the turning out of a lamp, and in another moment came tomorrow. The laboratory grew faint and hazy, then fainter and ever fainter. Tomorrow night came black, then day again, night again, day again, still faster and faster. A whirling murmur filled my ears, and a strange confusedness descended on my mind.
I am afraid I cannot convey the peculiar sensations of time travelling. They are excessively unpleasant. There is a feeling exactly like that one has upon a switchback — of a helpless headlong motion! I felt the same horrible anticipation, too, of an imminent smash. As I increased speed, night followed day like the flapping of a black wing. The dim outline of the laboratory seemed presently to fall away from me, D) 2) and I saw the sun hopping swiftly across the sky, leaping it every minute, and every minute marking a day. I supposed the laboratory had been destroyed and I had come into the open air. I had a dim impression of scaffolding, E) 1) but I was already going too fast to be conscious of any moving things. The slowest snail that ever crawled dashed by too fast for me. The twinkling succession of darkness and light was excessively painful to the eye. Then, in the darkness, I saw the moon spinning swiftly through her quarters from new to full, and had a faint glimpse of the circling stars. As I went on, still gaining speed, the appearance of night and day merged into one continuous greyness: the sky took on a wonderful deepness of blue, F) 6) a splendid luminous colour like that of early twilight; the sun became a streak of fire, a brilliant arch, in space; the moon a fainter changing band, and I could see nothing of the stars except a brighter circle flickering in the blue now and then.»
«В прошлый четверг я рассказывал некоторым из вас о принципах работы машины времени и показывал вам ее саму, недоделанную в мастерской. Там она находится и сейчас, правда, немного потрепанная путешествием; один из костяных стержней был надломлен, а бронзовая полоса погнута, но в остальном она достаточно надежна. Я рассчитывал закончить ее еще в пятницу, но в пятницу, когда сборка была почти закончена, я обнаружил, что один из никелевых стержней слишком короток, ровно на один дюйм, и его пришлось переделать, так что работа была закончена только сегодня утром. Именно сегодня в десять часов утра первая в истории машина времени начала свою работу. Я в последний раз постучал по ней, еще раз попробовал все винты, капнул еще одну каплю масла на кварцевый стержень и уселся в седло. Взяв в одну руку пусковой рычаг, в другую — рычаг тормоза, я нажал на первый и почти сразу на второй. Почувствовал неустойчивость, затем кошмарное ощущение падения, но, оглянувшись, увидел, что лаборатория осталась прежней. Произошло ли что-нибудь? На мгновение я заподозрил, что интеллект меня обманул. Затем я обратил внимание на часы. За мгновение до этого, как мне казалось, часы показывали начало одиннадцатого, теперь же — около половины четвертого!
Я вздохнул, стиснул зубы, схватился обеими руками за пусковой рычаг и с грохотом рванул с места. Лаборатория помутнела, а затем потемнела. Вошла миссис Уотчет и, видимо, не заметив меня, направилась к двери в сад. Я полагаю, что ей потребовалась бы минута или около того, чтобы пересечь комнату, но мне показалось, что она пронеслась через комнату с быстротой ракеты. Я нажал рычаг до отказа. Наступила темнота, как будто потушили лампу, а через мгновение наступило завтра (вновь стало светло). Лаборатория была тусклой и туманной, и становилась все тусклее и тусклее. Наступила завтрашняя черная ночь, потом день, снова ночь, снова день, все быстрее и быстрее. В ушах шумело, а в голове царила странная сумятица.
Боюсь, что я не могу передать своеобразные ощущения от путешествия во времени. Они крайне неприятны. Возникает ощущение, подобное тому, что испытываешь при спуске с горы — беспомощное стремительное движение! И такое же жуткое предвкушение неизбежного падения. По мере того как я увеличивал скорость, ночь сменялась днем, как хлопанье черных крыльев. Тусклые очертания лаборатории, казалось, вскоре исчезли из виду, и я увидел, как солнце стремительно скачет по небу, перепрыгивая его каждую минуту, и каждая минута означала день. Я предположил, что лаборатория разрушена, и я очутился под открытым небом. У меня было смутное ощущение будто тут сооружается какое то строение, но я уже двигался слишком быстро, чтобы осознавать какие-либо движущиеся предметы. Самая медленная улитка, которая когда-либо ползала, пронеслась мимо слишком быстро для меня. Мерцающая череда темноты и света была слишком болезненной для глаз. Затем, в темноте, я увидел луну, быстро вращающуюся в своих четвертях от новой до полной, и слабо различил кружащиеся звезды. По мере того как я продвигался дальше, все больше и больше набирая скорость, видимость ночи и дня слилась в одну сплошную серую пелену: небо приобрело удивительную глубину синего цвета, великолепный светящийся цвет ранних сумерек; солнце стало огненной полосой, блестящей дугой, в пространстве; луна — более слабой меняющейся полосой, и я уже не мог видеть звезд, только изредка замечал то тут, то там светлые круги, опоясавшие небесную синеву».